Содержание:

  • Красота как дополнительная нагрузка
  • Конфликт с учителем
  • Наследство от бабушки
  • Многие хотели бы со мной дружить
  • Как сделать красивую девочку счастливой

Конфликты с учителями чем дальше, тем чаще «разруливают» не подростки, которых принято считать инфантильными, а их родители. Но в книге «Утешный мир» Екатерины Мурашовой есть история, когда из ситуации «придирается учитель» подросток вышел сам (ну, с помощью психолога, конечно) — с пользой для самооценки и для счастливого будущего вообще.

Девочку Тасю мне почему-то было жалко с самого начала приема. Причем вроде бы никаких оснований для этого не было: она была по-настоящему красива (не мила, симпатична и т.д., а именно красива), хорошо, со вкусом одета и держалась с редким для подростка (с их вечно раздерганной душой-самооценкой) достоинством. И еще — что-то в ней показалось мне знакомым. Я даже спросила:

— Ты была у меня когда-то прежде?

— Нет, — с легким удивлением ответила Тася. — Я первый раз.

Проблему Тася предъявила самую обыкновенную — плохие отношения с учительницей математики. Как исправить? Причем сформулировала проблему способом, опять же редким для подростка: что я могу сделать, чтобы все наладилось? Мне нравится математика и очень обидно, что из-за чего-то такого, чего я не понимаю…

К содержанию

Красота как дополнительная нагрузка
Попросила рассказать подробнее. Тася ничего не скрывала, рассказывала открыто и по-детски простодушно, причем картина вырисовывалась чем дальше, тем менее благовидная. Тася всегда училась хорошо. Особыми способностями не обладала, но с самого начала («надо — значит надо») была внимательна, аккуратна, старалась выполнять все задания.

Первая учительница ее обожала, как красивую, прилежную, хорошо говорящую куклу; девочка платила ей осторожной привязанностью (экзальтированность Тасе не свойственна совсем). В средней школе старалась поддерживать заработанную в начальной репутацию, что было не слишком легко, но возможно, если действовать последовательно и рационально. Бабушка говорила: «Что ж, привыкай, работа — она не всегда перышком, а школа — это пока работа твоя».

Учителя оценили Тасино старание, которое en masse в средней школе обычно закономерно уменьшается. «С такой-то моськой она могла бы вообще сидеть и только глазами хлопать, — сказал однажды какому-то балбесу в укор пожилой добродушный физик. — Однако, гляди-ка, старается!».

Тася знала о своей красоте — ей сто раз говорили об этом первая учительница и другие. Воспринимала ее как дополнительную нагрузку, что-то вроде внеклассного чтения. «Раз уж тебе от бога дано, надо ответственность иметь. Тебе абы в чем ходить нельзя и расхристанной тоже», — говорила бабушка, которая когда-то обшивала свою семью и семьи сестры и двух братьев. Именно бабушка рано научила Тасю одеваться, подбирать аксессуары, предоставив в ее распоряжение всю свою собиравшуюся на протяжении жизни коллекцию.

Разговоры Тася любила не очень, они ей не слишком давались; в быту была молчалива, читала почти исключительно по программе. Любила двигаться, занималась сначала гимнастикой, а потом танцами — там не нужно было ничего говорить, а разрядка чувств ого-го какая. Нравилась ей и математика — своей строгой пифагорейской красотой, однозначностью правильных решений. С удовольствием решала из учебника, иногда даже могла по собственной инициативе сделать незаданное — из задач повышенной трудности.

К содержанию

Конфликт с учителем
Но вот учительница математики (толстая, одинокая, в сильных очках) невзлюбила Тасю с самого начала. «Думаешь, ты лучше всех и тебе все можно, что ли?! — шипела она, когда Тася пыталась предложить свое, домашнее решение трудной задачи. — Сиди и молчи!». За те же ошибки, за которые другим ставили четверку, Тася получала три; если случалась двойка, то ей далеко не всегда позволялось ее исправить.

Недавно случился конфуз, который еще всё ухудшил (хотя вроде дальше уж и некуда было). У математички имеется специальный (и всем известный) день, когда двоечники после уроков приходят исправлять свои двойки. И вот прилежная Тася, получив очередную двойку и закусив губу в ожидании очередного наезда, отправилась в условное время и место ее исправлять.

«А ты чего пришла? — встретила ее математичка. — Ты разве со мной договаривалась, просила меня? Что-то я не помню!»

Тася пролепетала что-то насчет дня, про который вроде бы все знают, и вот она сама говорила сегодня на уроке… «Я на вас свое время трачу по своему желанию! Мне за это никто не платит! — загремела математичка. — А ты думаешь, тебе, царевне такой, все должны, да?! Пошла вон отсюда!»

Тася глотала слезы, чувствовала себя опозоренной и готова была уйти. Но вдруг встал из-за парты один из уже корпевших над своими работами двоечников; «Нина Семеновна, вы несправедливы. Либо всем можно, либо никому. И не надо Тасю оскорблять, она перед вами ни в чем не виновата!»

«Да вы… да я… да она!..» — взвыла Нина Семеновна.

Двоечник, обладавший, видимо, лидерскими качествами, окинул взглядом товарищей по несчастью:

— Ну что ж, если так, тогда мы все уходим. Двойки у нас так и останутся, но перед Тасей вам придется извиниться. Не плачь, Тася, пойдем, мы все знаем, что она к тебе специально прикапывается.

Человек двенадцать-пятнадцать разновозрастных мальчишек встали и вышли из класса, увлекая за собой девочку. Я думаю, всем понятно, как повлиял этот яркий эпизод на отношения Таси и математички.

К содержанию

Наследство от бабушки
— Что я могу теперь сделать? — слегка театрально заломила руки девочка в моем кабинете. — Бабушка мне говорила: ну не нравишься ты ей, и ладно, бывает, нельзя же всем нравиться, ты ж не рубль… Но я так больше не могу, я математический класс выбрала на специализацию, у нас математика каждый день по два урока…

Я уже давно обратила внимание на неизменно прошедшее время при упоминании о бабушке и отсутствие упоминаний других родственников.

— Твоя бабушка…

— Она умерла. Два года и четыре с половиной месяца…

— Она очень много значила для тебя.

— Да… — Тася грациозно запрокинула голову, надеясь загнать обратно выступившие на глазах слезы. — Простите.

— Тебе не за что извиняться. Нет ничего естественнее горевания о близком человеке.

Продолжение на следующей странице:

 
 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here